вторник, 11 декабря 2012 г.

Письмо из МИДа: один пишем, два в уме

Удивительное, на мой взгляд, по своей драматургии, накалу страстей, отсутствию здравого смысла и обилия общих формулировок письмо МИДа обыграно в художественном произведении на openspace.ru.

Прекрасные моменты письма и произведения:

***
Как точно называется документ, откликнуться на который департаменту печати МИДа нужно было уже через час после его принятия, Николаю Петровичу было смотреть лень <...>. Сойдет и «законодательство».

***

«... против некоторых российских граждан», — бегали пальцы. А правда интересно, думал Николай Петрович, кому именно-то и что там прижали?

***
 «... Не менее странно и дико слышать обращенные к нам правозащитные претензии со стороны политиков именно того государства, где в XXI веке были официально легализованы пытки и похищения людей по всему миру...», — намекали пальцы Николая Петровича в следующем абзаце.

***

«Трагично, что жертвами подобных беззаконных актов стали и российские граждане», — <...> Николай Петрович чувствовал себя еще одной безвестной жертвой американской внешней политики.

***

Потом посомневался, но обратно переправлять не стал.

Про факты, цитирование

Симпатичный пример по работе с фактами.


Случайно провел симпатичный, как мне кажется, эксперимент. У Кристины Орбакайте есть новая песня, в которой есть слова — "На московских заснеженных улицах". Я написал в твиттере, что это явная прямая цитата из "Монгол шуудана", и получил много одинаковых ответов, что это не из "Монгол шуудана", а из Есенина. Нескольких таких поклонников Есенина я спросил, с кем у Есенина лирический герой жарил спирт. Естественно, все ответили, что с бандюгами, и это, конечно, прекрасно, потому что "бандюги" — это единственное слово, добавленное "Монгол шууданом" в оригинальный текст Есенина, у которого было "бандиты".



четверг, 6 декабря 2012 г.

Про цензуру

Из истории американского редактора, который работал в китайской газете.

Мы не могли написать, что некий бизнесмен вернулся из США в Китай после Тяньаньмэня, но написать «после июня 1989» нам разрешалось, и мы знали: читатели поймут, что это был за месяц. Мы не могли использовать выражение «культурная революция». Сказать, что компания планирует выход на «иностранные рынки, в частности рынок Тайваня», было нельзя, потому что из этого следовало, что Тайвань — отдельная страна, однако можно было сказать «заморские рынки», поскольку — и Сноу была с этим согласна — Тайвань действительно является островом.

***

Однажды Сноу вычеркнула слово «монстры» из статьи, в которой говорилось, что гонконгский рынок «получил мощный толчок благодаря IPO нескольких компаний-монстров» из материкового Китая. В тот же день вечером я услышала, как шеф-редактор говорит в трубку: «Нет, это не те монстры, которые гррр», — одновременно скрючив пальцы и изображая вставшего на дыбы рассерженного медведя. Закончив разговор, она сообщила: «Монстров можно оставить».

***

Нам запрещали называть статью об угледобывающем бизнесе Power Failure («Перебой в энергоснабжении»), потому что слово failure («неудача», «провал»), набранное жирным шрифтом, незадолго до Олимпийских игр будет воспринято как намек на провал Олимпийских игр. Заголовок «Агония и экстаз» к статье о футболе был отправлен в корзину, потому что агония — негативное слово, и ни в коем случае нельзя, чтобы спорт ассоциировался с чем-то негативным. Мы не могли поставить на обложку фотографию, которую я выбрала для центрального материала о сетевых ресторанах, потому что на фотографии была пустая миска, а это, как сказала Сноу, наведет людей на мысли о голоде, и значит, напомнит им о Великом китайском голоде (периоде с 1958 по 1961 год, когда десятки миллионов китайцев умерли голодной смертью, — эта тема до сих пор закрыта для обсуждения).

среда, 28 ноября 2012 г.

Цветовое кодирование

Два интересных эксперимента, которые объединяют графику и текст. 


1. 
Для меня всегда образы букв были связаны с цветом и текстурами. Буква «Н» мне представлялась зеленой, буква «А» желтой, «И» у меня была синяя, а «Э» — фиолетовая. Буквы отличаются у меня по оттенкам, насыщенности, а у буквы «С», например, цвета вообще нет, потому что она прозрачная, а «Ш» — темная и пушистая.

Лет в двадцать я узнала, что это явление знакомо не всем и очень удивилась: я думала, что это обычное дело и как-то связано с тем алфавитом, который ты видел в детстве и просто ассоциативным мышлением. А пару-тройку лет назад услышала о «cинестезии» — cпособности сочетать ощущения (цвет и символ, звук и цвет). Звуки я, кстати, тоже различаю, но не по цвету, скорее, а по свету (звук выше — светлее, ниже — темнее).

Не знаю уж, какой величины это достижение и есть ли в этом какой-то толк, но интерактивный проект на W-O-S, посвященный синестезии, меня очень порадовал. 

Кстати, еще мне в детстве нравилось ставить эксперименты по угадыванию цвета шашек или масти карт, которые ты держишь в руке и не видишь. Методика была такая: нужно сосредоточиться на ощущениях руки, и ты «увидишь» цвет (темный цвет он как-то что ли теплее, а светлый — холоднее). Научного объяснения у меня этому нет, но, похоже, это не такая уж и дичь.


2. 
В школьном сочинении по «Преступлению и наказанию» я написала, что у Достоевского все в этом романе желтое. И грязное. Не помню, чтобы с тех пор видела у какого-то произведения цвет. А в «Эсквайре» поставили эксперимент: выписали прилагательные с обозначением цвета из произведений и сделали цветовые портреты текстов. Вот бы еще генератор какой-нибудь, который бы мне позволил проверить все-таки Достоевского.





понедельник, 26 ноября 2012 г.

Оценочное восприятие: как люди читают один и тот же текст

На сайте W-O-S есть любопытный эксперимент, которые демонстрирует, как по-разному могут люди воспринимать один и тот же текст. Отличная иллюстрация к моей любимой (и пока не описанной еще мной:) теме про домыслы и достраивание реальности. 

Родной язык глазами иностранными

Русский язык с точки зрения иностранца. С какими сложностями сталкиваются те, для кого русский неродной.

Очень полезно для понимания родной речи смотреть на нее глазами иностранца. Говоришь себе всю жизнь и никогда не задаешь вопросов, все само собой разумеется. А иногда полезно понять, что в твоем языке вообще-то есть какие-то неведомые сложности. Такое понимание, как мне кажется, формирует критическое мышление и помогает сбить спесь. Да-да, спесь.


  • What is feminine form of “борец”? — I thought it was "борыня" but was corrected.        
  • “чё?” or “чо?” - which is the correct spelling? — Suppose I want to write a book, where one of the characters is a simpleton without a proper education. This character needs to say "чё?" ("чо?") instead of "что?", e.g.:
    — Твоя сестра умеет готовить минестроне?
    — Чё \ Чо за минестроне такое?
    How should I spell it: "чё" or "чо"? And what are the rules that regulate the spelling in this case?
    EDIT: I do not want to portray any specific accent, I am simply asking, what vowel should I use if I want to follow the rules of the Russian orthography.
      
И еще один любопытный отбор одной редакции




Omnishambles: новое слово в оксфордском словаре


Слово оmnishambles означает «полный бедлам», и первый раз было использовано в 2009 году авторами The Thick of It, политической сатиры на BBC. 

По словам Fiona McPherson, одного из представителей жюри, отбиравшем слова для словаря,  это отличное слово для того, чтобы назвать все, что произошло за последние 366 дней ("It was a word everyone liked, which seemed to sum up so many of the events over the last 366 days in a beautiful way"). Слово быстро стало любимым в речи оппозиционных политиков при критике правительства (источник).


Словарь в этом году пополнили еще следующие неологизмы:
  • Eurogeddon — неблагополучная финансовая ситуация в Европе.
  • Yolo (you only live once) — «живем лишь раз».
  • Second screening — просмотр телевизора с одновременным использованием компьютера или смартфона.
  • Pleb — («плебей») слово забытое, но его вновь ввёл в употребление консерватор Эндрю Митчелл по отношению к полицейским на Даунинг-стрит. Сам политик отрицал использование уничижительного термина, однако в связи со скандалом Plebgate ему все-таки пришлось покинуть свой пост в партии. Составители подчеркивают, что пока не решили, какие из неологизмов следует включить в новую редакцию словаря (источник).
  • Bogan — «быдло», грубый, неотесанный человек. Слово пришло из Австралии. Происхождение слова "bogan" достоверно неизвестно. По некоторым данным, оно возникло в Мельбурне в 1980-х годах, где так называли фанатов тяжелой музыки. Их отличительной чертой был, среди прочего, стиль одежды, который включал в себя черные джинсы и фланелевые рубашки в клетку. В настоящее время этот термин употребляется как аналог британского "chavs" (это слово наиболее близко отечественному "гопота") и американского "white trash" (это слово, в свою очередь, больше похоже на российское "быдло"). В определении, приведенном в словаре, говорится, что "bogan - уничижительный термин для обозначения неотесанного человека, обычно низкого социального статуса". (источник).
  • to medal — (гл.) выиграть медаль.
  • Games maker — волонтер, помогающий в организации Олимпийских игр.
  • BitTorrent — p2p протокол для передачи данных в интернете.
  • galaktoboureko — греческий молочный пирог.



Источники: 

среда, 26 сентября 2012 г.

Про избыточность и штампы

«...есть несколько табуированных слов, которые ни в коем случае нельзя употреблять в текстах. Это слова «потрясающий», «прекрасный», «удивительный», «замечательный», «уникальный» и так далее. Или словосочетания типа «это удивительное сочетание древности и современности». Мой совет — вычеркивайте все это сразу. Если вы хотите сказать, какой потрясающий закат, вы должны сказать, чем именно он вас потряс. Нужны детали и очень правдивые, живые, а не банальные. Удивляйте сами, вместо того, чтобы говорить, что что-то способно удивить».

***
«О каком бы интересном месте вы ни рассказывали, есть вещи, которые убивают любой рассказ. Это пафос и патетика — нет ничего унылее напыщенных текстов с возвышенными эпитетами. Это многословные «красивости» — не увлекайтесь описаниями, лучше разместите фотографию. Это чрезмерное «яканье» — информации об авторе в тексте не должно быть больше, чем информации о месте его дисклокации. И это занудные подробности — оставьте их для Википедии. Хотите знать, что спасает любой текст? Ирония и хорошее чувство юмора. Даже если вы описываете самый банальный маршрут по Парижу, но делаете это по-настоящему смешно — ваш текст будет в топе».

***
«Все эти избитые сравнения опытные тревел-журналисты предлагают тоже внести в «черный список». Никакие «жемчужины», «Мекки» и даже «рай на земле» не украсят ваш рассказ о путешествиях так, как это сделают детали и герои».

Двенадцать советов блогерам, как сделать рассказ о путешествиях интересным

Про искажение фактов

«Сохранившиеся стереотипы иногда выливаются и в искажение фактов, как например в часто встречающейся в сводках новостей дихотомии «москвичи/приезжие». Так, когда нам сообщают о драке, которая состоялась между «москвичами и приезжими», надо понимать, что среди тех, кого назвали «москвичами», может запросто не оказаться ни одного человека с постоянной московской регистрацией, а под «приезжими» имеют в виду выходцев из южных республик, которые по всем формальным признакам как раз вполне могут являться самыми что ни на есть москвичами».

Инна Титова. Устаревшие слова и смыслы, которые мы продолжаем использовать

Про «мамский язык»

Не так давно мы в одном креативном агентстве работали над одним сайтом для одного бренда детского питания. И клиент хотел, чтобы мы писали тексты на «мамском языке». Что это за язык, каковы его признаки и стилистические особенности, нам, молодым, красивым и одиноким, понятно не было.

Клиент злился, менеджер тихо плакал в туалете, продюсер пил валокордин, а хмурый редактор изгонял из текстов «бегемотиков» и «крокодильчиков», которыми один усатый копирайтер нашпиговал статьи в поисках мамских художественно-изобразительных средств...

«И все-таки он существует!»

Неприятный человек должен быть ужасен во всем

«...коррекция грамотности используется и как инструмент коммуникативного подавления. Потому что если тебе этот человек неприятен, ты можешь его уколоть дополнительно, не содержательно переспорив, а указав на ошибку, сказав, что он «еще и неграмотен», то есть хуже тебя. Потом это только говорится, что человек должен быть прекрасен во всем, а на самом деле он должен быть ужасен во всем. Если мне кто-то неприятен, то я буду только рад, если он еще и пишет с ошибками и носит сандалии с носками. Это как бы дополнительное подтверждение его сомнительных моральных качеств».

Максим Кронгауз в интервью «Московским новостям»

Юрий Сапрыкин в еженедельной рубрике «Слово и антислово» («Московские новости»)


— Как бы вы охарактеризовали речь наших политических деятелей?

— Она обтекаемая. Она за последние годы достигла какой-то абсолютной герметичности. Это даже не обтекаемость в стиле Горбачева, это какая-то неприятная гладкость, спецслужбистская, когда вообще не за что зацепиться. Когда говорит Медведев, невозможно понять, что это за человек. Это такое гладкое непроницаемое яйцо; кажется, что это говорит не человек, а речевой тренинг, который с ним провели. У них есть табу на имена собственные. Например, имя «Навальный» они заменяют на словосочетание «некоторые блогеры», «некоторые борцы с коррупцией». Даже Путин, который позволяет себе иногда сморозить смешную чушь, выглядит более человечным.


вторник, 25 сентября 2012 г.

Клеймо на слове


Давайте разберемся с сутью дела и потом уже постараемся понять, точное ли название дано происходящему явлению. 

С. Я. Маршак в свое время писал: «Мятеж не может кончиться удачей, в противном случае его зовут иначе». В самом деле, слово мятеж обозначает такое вооруженное выступление против властей и порядков, которое оценивается отрицательно. Обратите, пожалуйста, внимание на неопределенность последней формулировки, где никак не упомянут субъект, производящий оценку. (Кем «оценивается отрицательно»? По-видимому, самим говорящим). Когда название, причем оценочного характера, дано, очень трудно ломать то представление о явлении, которое уже заложено в соответствующем названии. Ах, это мятеж, значит, плохо, и думать больше не о чем! А собственно, почему именно мятеж? Давайте разберемся с сутью дела и потом уже постараемся понять, точное ли название дано происходящему явлению. 

«Хоть горшком назови, только в печь не ставь», — утверждает народная мудрость. Но в жизни все обстоит несколько сложнее, и содержащее отрицательную оценку слово уже как бы клеймит соответствующую вещь, закрывает путь для дальнейших размышлений об истинной ее ценности. Не поддаться магии называния, продолжить осмысление самого названного явления — для всего этого требуется и определенная интеллектуальная смелость, и умственная энергия, и конкретные знания, и кое-какие исследовательские способности. Можно ли требовать совокупности всех этих добродетелей от каждого «простого человека»? Нет, разумеется.

Поэтому, прочитав, например, в газете о сборищах молодчиков (даже необязательно фашиствующих или распоясавшихся), мы понимаем, что речь идет о собраниях очень плохих молодых людей, и далеко не всегда утруждаем себя вопросом, чем именно и для кого именно эти люди (или их собрания) так уж плохи.

Замечу, что названное словосочетание содержит в себе оценку. Древний японский философ утверждал, что если он находит что-то прекрасным, а другой человек считает то же самое дурным, это вовсе не означает, что философ — мудрец, а этот человек — глупец.  Так что одно и то же поведение одними может оцениваться как разумное, а другими — как неразумное. Что же касается слово справедливо, то если бы все люди понимали его одинаково, то никакие суды были бы не нужны. Мы, однако, хорошо знаем, что даже в весьма цивилизованном обществе обойтись без специальных институтов, решающих (справедливо ли?) неизбежные многочисленные споры между людьми, невозможно. Поэтому, когда мы читаем, например, о борьбе за справдливые требования, лучше было бы сообщить, о каких требованиях идет речь, и не спешить с оценкой их как справедливых.

Милославский И. Г. Как разобрать и собрать слово по составу

четверг, 28 июня 2012 г.

Английские граммарнаци


***

Поводов для вопросов и диспутов граммарнаци английский язык предоставляет не меньше, чем русский. Носители языка Шекспира ломают копья по поводу того, можно или нельзя начинать предложения с However, а предлог ставить в конце — ни в чем не отставая от русскоязычных соцсетчан, рвущих глотки на тему склонения названий «Марьино» и «Алтуфьево». А вопрос о том, существует ли слово  irregardless («в независимости от…»), стоит не менее остро, чем вопрос о существовании слова «кушать». В фейсбуке есть целая группа борцов с этим словом, действительно небезупречным с точки зрения здравого смысла,  в нем есть два отрицания — одно в начале слова (ir), второе в конце (-less), которые по логике должны были бы в сумме давать утверждение, ан нет, не дают. (Если кого-то интересует мое мнение о слове irregardless, то оно  полностью повторяет мое мнение о слове «кушать» — оба эти слова, безусловно, существуют, но употреблять их следует с большой осторожностью).

Cлово года 2011, Великобритания

Издательство Oxford University Press, выпускающее словари, ежегодно выбирает «слово года» — в 2011 году, например, это звание заслужило словосочетание Squeezed middle («зажатая середина»), описывающее часть общества, представленную людьми со средним и низким уровнем доходов, которые в период экономического кризиса оказалась наиболее уязвимыми.

В шорт-лист вошли также слова Clicktivism («кликтивизм» — от слов «клик» и «активность») — использование социальных сетей для продвижения социальных идей, и Gamification («игрофикация») — применение технологий из индустрии игр в других сферах деятельности, например, в качестве маркетинговой технологии.

Титова Инна. Великий и могучий: С каких это пор аксиомой считается превосходство русского языка над другими? / Московские новости

Разве оно лучше потому только, что длиннее?

— А что для вас является индикатором неискренней речи? Какие обороты дают понять, что перед вами неискренний человек?

— Эти люди никогда не скажут дружба, не прибавя: сие священное чувство, коего благородный пламень и проч. Должно бы сказать: рано поутру — а они пишут: едва первые лучи восходящего солнца озарили восточные края лазурного неба — ах, как это все ново и свежо, разве оно лучше потому только, что длиннее.

«Русский язык находится у нас еще в диком состоянии»: Воображаемое интервью с Александром Сергеевичем Пушкиным о русском языке / Московские новости, 2012.

среда, 16 мая 2012 г.

Как журналисты пишут о трагедиях

Ксения Туркова в «Московских новостях» размышляет, как и почему «преступление» может ловко превратиться в «инцидент» или «катастрофу»


***
В большинстве своем  мы не умеем и не хотим правильно называть по-настоящему трагические вещи. Неуклюже балансируем на грани брезгливости (не надо о плохом) и боязни обвинить кого не следует, нежелания искать причины. У нас по части такого рода отстраненности хорошие учителя («она утонула»).

***

...особенно важно то, что «инцидент» обычно ставят в один ряд с «трагедией» (которая «настоящая» и которая «разыгралась»). С одной стороны, эти два слова как бы на разных полюсах представляют две крайности. Одно — нейтральное, даже «никакое». Другое — отдающее пафосом и надрывом. Но при ближайшем рассмотрении они оказываются «соратниками» по выполнению коммуникативных задач. Известно, например, высказывание лингвистов А.Н. Баранова и П.Б. Паршина о механизмах речевого воздействия: «Называя нечто трагедией, а не преступлением, говорящий тем самым делает неуместным разговор об ответственности, ибо у преступления виновник есть, а у трагедии его нет».
Действительно, слово «трагедия» в российских СМИ (особенно на телевидении) становится, как и «инцидент», словом passe-partout. Его употребляют так часто, что настоящая трагическая составляющая выветривается, а вопрос об ответственности и правда отпадает. 

***
... заезженный до непотребного состояния вопрос-штамп «кто виноват?» выскакивает из нас просто как-то по привычке. Мы, пожалуй, сильно удивимся, если кто-то и впрямь захочет искать на него ответ.

Это катастрофа: Как журналисты пишут о трагедиях / Туркова Ксения. Московские новости

Отчуждение предмета говорения

«Есть большая разница между описанием человеческого распада от первого лица в дневнике очевидца и пересказом от третьего лица. Всякое высказывание в третьем лице превращает того, о ком говорят, в вещь. Есть большая разница между выражениями «у меня моральная дегенерация» и «у него моральная дегенерация». Сам язык, простейшая грамматическая манипуляция способны отчуждать предмет говорения от самого себя».

Постчеловеческое состояние человека / Полина Барскова, Ирина Сандомирская. Open Space

Вы уже перестали пить коньяк по утрам?

Ксения Туркова из «Московских новостей» проанализировала методы речевого воздействия в фильме «Анатомия протеста»

Источник

«Я давно хотела проанализировать что-то вроде «Анатомии протеста». Посмотреть, какие методы речевого воздействия используют авторы таких текстов, как они складывают слова в предложения, как выстраивают аналогии и логические цепочки, какие глаголы, существительные и прилагательные у них в ходу, и как они рассчитывают с помощью этого арсенала средств убедить в чем-то аудиторию.

Когда увидела реакцию на фильм НТВ (сам фильм к тому моменту посмотреть не успела), решила, что это настоящий подарок лингвисту. Потирая руки, открыла файл с расшифровкой. Ну, думаю, сейчас как проанализирую все эти пропагандистские россыпи – на научный труд хватит.

Спустя полчаса, прочитав текст, я поняла, что не хватит не то что на научный труд – с трудом наберу на небольшую колонку. Дело в том, что произведение, которое называют «пропагандистским шедевром» и которое вызвало такую бурную, вплоть до митингов, реакцию, на самом деле никаким шедевром не является. Никаких россыпей речевоздействующих приемов. Такой манипулятивный аскетизм, что даже нечего анализировать.  После внимательного изучения текста складывается ощущение, что его авторы схватили где-то учебное пособие по речевому воздействию и, за неимением времени, наскоро просмотрели первые десять страниц. Что нашли, то и использовали.
Арсенал речевоздействующих приемов и методов в русском языке довольно обширен, как, собственно, и в других языках. Причем есть приемы очень интересные и эффективные. Обычно все это активно используют в рекламе.

Но в фильме «Анатомия протеста» — антирекламе оппозиционного движения в России — я обнаружила лишь несколько (не больше 3-4) самых примитивных приемов, которые повторяются от абзаца к абзацу.

четверг, 29 марта 2012 г.

Как интернет и реклама влияют на развитие языка

Максим Кронгауз, известный лингвист, профессор, доктор филологических наук, заведующий кафедрой русского языка, директор Института лингвистики РГГУ, автор монографий и учебников 


***
Не знаю, в курсе ли деятели рекламного фронта, что реклама находится в сфере и компетенции закона «О государственном языке»? К счастью, лучшее свойство этого закона в том, что он не действует. Иначе рекламе пришлось бы очень трудно. Например, фраза «Не тормози — сникерсни!» его нарушает.

***
Реклама — это массовое использование языка. Как раньше простой носитель оценивал язык и грамотность? Он либо ориентировался на газеты и телевидение, либо на интеллигентную публику из своего окружения. Сегодня к этому добавилась реклама, которая, впрочем, играет важную роль в формировании не столько языковых норм, сколько речевых клише.

***
про тенденцию мини-блогов:

Первое, что интересно, — ограничение объема фразы. Казалось бы, это должно мешать человеку. Но оказалось стимулом и фактором моды. Выяснилось, что люди слегка устали от длинных высказываний. В этом смысле блогосфера, которую интеллигенты и интеллектуалы полюбили, не выдержала конкуренции с Твиттером и Фейсбуком. Оказалось, что первая все-таки тяготеет к монологу, хотя и с бурными комментариями, а социальные сети — к более полноценному и равноправному диалогу. Центр коммуникации сместился в социальные сети. Это показательно.

***

Интернет снимает границы и максимально ускоряет обмен информацией. На самом деле сарафанное радио было всегда, но социальная сеть дает возможность распространения информации с огромной скоростью и совсем другой охват людей. 

***
В соцсетях люди пишут так, как говорят. Но, поскольку это все-таки формально письменная речь, то появляются дополнительные средства, чтобы передавать эмоции, например смайлики, потому что для эмоционального диалога нам нужны жесты и мимика, отчасти — поза.

***

Нормы устанавливать нужно, у нормы в языке есть несколько важнейших функций. Например, разделение людей по степени владения нормой, то есть выделение круга грамотных людей. Но если мы этого не сделаем, язык все равно будет функционировать и даже находиться в определенном равновесии. Возможно, такой баланс не устроит современного культурного человека, потому что язык будет отличаться от его представлений о литературном языке и захочется где-то подрегулировать, подвинтить, подкрутить. Если нормы не будет, верх возьмет не образованное меньшинство (в нашем случае интеллигенция), а масса.



Читать статью полностью

пятница, 16 марта 2012 г.

Отменить отца и мать

С инициативой отменить слова "мать" и "отец" выступила изначально представитель социалистической партии Швейцарии Дорис Штумп.

«Швейцария... является хорошим примером употребления нейтральной и политкорректной лексики в деловом общении. Местные чиновники, в частности, столичные, заменяют слова "мать" и "отец" на "один из родителей" или реже "родитель".

***

В 2006 году во Франции было предложено отменить понятие "мадемуазель", которое используется для обращения к незамужней девушке, и оставить только "мадам", которое употребляется в отношении замужней дамы.

Читать полностью

Послать мат на

Неровен час — и культурный, интеллигентный лингвист пошлет в прямом эфире на три буквы ведущего, в очередной раз приставшего к нему с этой темой

«Тема мата в последнее время стала едва ли не более неприличной, чем сам мат, обсуждение которого приобретает странные и одновременно все более приевшиеся формы. Не удивлюсь, если в один прекрасный день лингвисты откажутся приходить в теле- и радиоэфир обсуждать эту «животрепещущую» тему.

***

Тема повышения уровня лингвистической чистоты и нравственности, изгнания матерщины из русского языка уже окончательно превратилась в общее место, стала ассоциироваться с источником демагогии и популизма и скоро будет вызывать такой же нервный смех и сомнения в психическом здоровье собеседника, как словосочетание «оранжевая чума».

Читать полностью в источнике

Американец про

Веселый парень Тим рассказывает, как тру англоговорящих ребят веселит произношение тех, кто думает, что он англоговорящий :)


среда, 1 февраля 2012 г.

Еще 25 слов, которых нет в русском языке

Источник: Exiter





Знаете ли вы, что у эскимосов более 64 слов для обозначения снега, а у албанцев — 27 слов для усов, растущих на мужском (или женском) лице? Знаете ли вы, что у американского племени индейцев микмак каждый месяц в году носит емкое, а главное, очень точное название. Например, октябрь называется "wikewikus", и дословно переводится как "время, когда наши животные стали жирными и ленивыми". Русский — невероятный язык, ведь в нем парой слов можно высказать массу вещей и эмоций. Но все равно, в других языках есть слова, ради описания которых на русском нужно пускаться в долгие и пространные объяснения. 

縮陽 [suoyoung](китайский) — патологическая вера в то, что твой пенис уменьшается, и в скором времени исчезнет вовсе.

Areodjarekput (язык инуитов) — обменяться женами, но не навсегда, а всего на несколько дней. К свингерству не имеет отношения. "Жена по обмену" нужна не только для секса, но и для того, чтобы засолить рыбу, например, или помыть посуду.

Ládramhaíola (ирландско-гэльский) — день, проведенный впустую, хотя планировавшийся для множества дел.
Serendipity (английский) - способность, делая глубокие выводы из случайных наблюдений, находить то, чего не искал. Интуитивная прозорливость, которая бывает, к сожалению, отнюдь не у всех.